|
Певец на замене (прислал Мурали)
Это случилось много лет назад в Парижской опере (я не смог подтвердить правдивость этой истории). На представление известного тенора были проданы все билеты. И вот, в этот большой день, когда здание было забито до отказа, обнаружилось, что из-за проблем на дорогах тенор не сможет приехать вовремя.
Обескураженный, директор Оперы вышел на сцену, чтобы объяснить, что случилось, и попросить местного тенора выступить в качестве замены.
Публика отреагировала, как и ожидалось; разочарованные, некоторые зрители встали и попросили вернуть им деньги, тогда как другие просто сидели в ожидании, что им предложат обстоятельства, поскольку они уже проинструктировали своих шофёров и зарезервировали столик для ужина, и вообще не знали, как ещё им убить время.
Заменяющий тенор вышел на сцену и выступил так хорошо, как только мог. В течение двух часов он пел от всего сердца, со всей душой. Он закончил практически в полной тишине - поскольку он был не тем, кого они пришли послушать.
Только один зритель аплодировал. И в какой-то момент раздался детский голос:
«Папочка, ты великолепен! Просто великолепен!»
В следующее мгновение весь театр встал и разразился овациями; простое слово любви изменило все.
Старый певец фаду (прислано Кристиной Сантос)
Веранда моего дома смотрит на запад. Это позволяет наслаждаться солнечным светом почти все время пополудни в ясные летние и зимние дни. Однажды утром я занималась хозяйственными делами, когда увидела скромного, одетого в поношенную одежду, мужчину. Он, возможно, был не очень стар, но жизнь явно потрепала его.
Мужчина пользовался костылями, потому что одна нога была парализована. Но что действительно впечатлило меня, что даже так он умудрялся нести с собой старую классическую гитару!
Он сел на бордюр напротив моего дома и начал петь. Как только я услышала его голос, я вся задрожала! Он был прекрасен, как голос ангела, безмятежный, блаженный, немного грустный. Понемногу он наполнил всё вокруг, отражаясь от стен, завлекая и облагораживая меня… Я заметила невольные слезы, капающие на пол, и увидела людей, выходящих на веранды, тронутых музыкой. И дети остановили свои игры, оцепеневшие и взволнованные…
Я осознала, что переживаю момент эфемерного бессмертия, общности с другими душами, как если бы при помощи магии мы перенеслись в другое измерение, в более прекрасную вселенную, где все, возможно, имеет смысл… а может и нет!
Его голос становился все тише. Тишина принесла почти гнетущее чувство пустоты, но затем руки взмыли в бурных рукоплесканиях, зажглись улыбки, дети восторженно закричали, требуя продолжения.
Но мужчина, как будто он выполнил свою миссию, поднял свои костыли и продолжил свой путь. Я выбежала за ним и смогла остановиться, лишь когда, запыхавшись, нагнала его. Было настолько очевидно, что музыка фаду является его единственным средством к существованию, что я сунула немного денег ему в руку. Но я клянусь, что это было лишь после того, как я тепло обняла его и попросила никогда не переставать петь, а его усталое, морщинистое лицо смягчилось… и он улыбнулся мне!
Я никогда не видела его вновь, но мне хочется верить, что он идет разными дорогами, выплакивая свои песни фаду, выполняя свою миссию. Если так случится, что он остановится рядом с вами, пожалуйста, скажите ему, что я никогда не забуду его.
Страдает ли учитель со своими учениками? (прислал Араш)
Ученик как-то спросил Фироза: «Простое присутствие учителя привлекает самых разных интересных людей, которые приезжают, чтобы встретиться с ним и посмотреть, могут ли знания учителя как-то помочь им. Разве это не предвзятое и негативное отношение? Не может ли это заставить учителя изменить свой путь? Или заставить его страдать из-за того, что он не в состоянии дать этим людям то, что они хотят?»
Фироз, учитель суфиев, ответил: «Вид дерева авокадо, обремененного плодами, разжигает аппетит у всех, проходящих мимо него. Если кто-либо пожелает удовлетворить свой голод более своих потребностей, он съест больше авокадо, чем ему нужно, и заболеет. Тем не менее, это не вызовет несварения желудка у хозяина дерева. Дорога должна быть открыта для всех, но лишь Господь устанавливает границы для каждого человека».
Требуется Исаак (прислано Оритом)
Одна община просто обожала своего равви, все и всегда были рады послушать, что тот скажет.
Все, кроме Исаака, который никогда не упускал возможности опровергнуть точку зрения равви и указать на недостатки в его учении. Другим Исаак внушал отвращение, но они не могли ничего сделать.
Но в один день Исаак умер. Во время похорон люди из общины заметили, что равви был глубоко опечален.
«Почему ты так грустишь? – спросил его кто-то. – Он находил недостатки во всем, что ты говорил!»
«Я скорблю не о моем друге, который теперь на небесах, - отвечал равви. – Я жалею себя. Когда все остальные преклонялись передо мной, он постоянно бросал мне вызов, и я был вынужден совершенствоваться. Теперь его нет, и я боюсь, что перестану учиться и расти над собой».
|
